***
Мертва ли журналистика сейчас?
В современную эпоху, когда мир накрыло волной глобализации, стремительно рушатся старые устои практически в каждой сфере деятельности человека. И конечно, эти масштабные изменения не обошли стороной журналистику. Двадцать первый век показал, что самым ценным ресурсом является информация, и СМИ оказались определяющей силой, которая формирует общественные настроения, диктует своё отношение к политике, экономике, культуре, а также всем прочим окружающим нас явлениям. Борьба за аудиторию теперь ведётся не только ради денег, намного важнее стало влияние на сознание человека. Но почему же развитие коммуникации между людьми идёт рука об руку с процессами, возвещающими начало конца всей журналистики? На то есть две главные причины, одна из которых не самая очевидная.
С каждым годом рынок всё больше захватывают крупнейшие корпорации. Издательства объединяются под общей эгидой и образуют огромные компании, которые сообщают миру ничем не выделяющиеся на фоне остальных мнения. С 1980-х годов началась череда слияний, которая привела к образованию нескольких десятков медиа-империй, контролирующих больше половины мирового рынка. Конкуренция СМИ вышла на совершенно новый уровень: стали появляться мощные информационно-финансовые группы со своими корпоративными интересами. Из-за того, что их спонсируют одни и те же лица, они не могут позволить себе выпускать в массы информацию, которая противоречила бы основным устоявшимся тенденциям. Зачастую в самых авторитетных и влиятельных каналах, таких как "CNN", "The Washington Post" "Fox News" и так далее, можно увидеть новости, которые освещаются под одним общепринятым углом. Мода на подражание друг другу давно захватила все крупные медиа, и, словно движимые по инерции неуправляемым механизмом, они больше не в силах отклониться от намеченного курса. Теперь уже неважно, из какого источника берутся новости. Все значимые издательства стали лишь проводниками идей, которые диктуются влиятельными людьми, владеющими большим капиталом. Журналистика утратила свою оригинальность и теперь не способна заставить человека посмотреть на мир своим, ни от кого не зависящим взглядом. Больше нет простора для дискуссий, все споры ведутся на схожие, актуальные темы, и зачастую не дают прямого ответа на изначально поставленные вопросы. Я считаю, что знаменитая фраза «В споре рождается истина» утратила свой первоначальный смысл. Теперь в споре рождаются лишь новые споры, и мало кто способен предложить миру что-то новое.
Вторая причина, которая доказывает, что журналистика находится в упадке, – общедоступность информации для всех и отсутствие ограничений для выражения своего мнения. Теперь каждый желающий может высказаться по любому вопросу. Казалось бы, это должно привнести свежие идеи, дать отпор одинаковым медиа-гигантам, но в конечном счёте это приводит лишь к большему хаосу. Герман Гессе в величайшем романе «Игра в бисер» уже предсказывал, где окажется человечество, если продолжит без оглядки двигаться по рельсам прогресса. Наступит так называемая «фельетонная эпоха», когда люди потеряют интерес к настоящей журналистике, а вместо неё будут цепляться за броские заголовки и яркие слова знаменитостей, которые не содержат в себе ничего ценного. Когда политиков будут спрашивать их мнение о культуре, а музыкантов – просить высказаться об экономике. Везде будут лишь дилетанты, не разбирающиеся в том, о чём говорят. Один из главных пороков человечества – ведомость, сегодня заметен как никогда прежде. В далёкие времена эпохи Просвещения, когда публицистика только зарождалась, её ярчайшими представителями были образованные, компетентные люди, посвящающие писательству и размышлениям большую часть своей жизни. Для них это не было пустым звуком, работа воспринималась не как хобби и отвлечённое занятие, а как важное дело, не терпящее ошибок и неточностей. Например, Даниэль Дефо начал писать сатирические памфлеты, метко отражавшие злободневные проблемы Англии, когда ему было уже 30 лет. Он успел набраться жизненного опыта и навыков письма, необходимых хорошему журналисту. Его работы оставили след не только в эпоху Просвещения, но сохранили свою многогранную глубину и актуальность даже в наше время. Эссе «Призыв к чести и справедливости» наглядно показывает, как гармонично сочетаются его писательский талант и острота мысли. Бывало и такое, что один журналист мог повлиять на историю целой страны, как это случилось во Франции в 1793 году. Огромный труд Жан-Поля Марата – его собственная конституция, в которой он провозглашал свои взгляды (главенство права на жизнь перед правом на собственность), написанная за два года до этого, оказала значительное влияние на составление Монтаньярской конституции. Сам автор был ярым защитником естественных прав человека и протестовал против старого деспотичного режима, что непосредственно отразилось на политической и социально-экономической обстановке во всей Европе. В России самые влиятельные публицисты были также гениальными писателями, чей талант раскрывался не только в художественной литературе, но и в статьях, нацеленных на преображение общества и государства, на определение курса, который позволит Отечеству подняться с колен и встать наравне с Европой и Америкой. И, как показала история, им действительно это удалось. Публицистические труды Белинского, Чернышевского, Добролюбова, Герцена, Достоевского и многих других остаются востребованными по сей день. Впрочем, такая чистая преданность своему делу встречалась не только в нашей стране, но, как я уже говорил, и во всём западном мире. И в сравнении с прошлыми великими эпохами текущее положение дел кажется абсолютно лишённым всякого смысла. Поверхностные высказывания, малый формат текста, а зачастую и его полное отсутствие – всё для того, чтобы массовый потребитель как можно быстрее среагировал и увидел новости, где ему уже сообщили, как надо правильно думать. И, к сожалению, действительно хорошие издания, где ещё остались талантливые люди, меркнут на фоне тотальной деградации СМИ.
Можно ли сказать, что журналистика действительно умерла? Всё-таки нет, ведь она ещё выполняет свои основные функции – доносит информацию до людей, освещает события и комментирует их, пусть не слишком оригинально. Но я бы сравнил такое существование с человеком, утратившим способность двигаться. Можно сказать, что он жив, он дышит и даже в состоянии мыслить. Но насколько такая жизнь полноценна? Вот над чем стоит задуматься. Я не призываю ставить крест на всей журналистике и отказываться от попыток поставить её на ноги, но хочу сказать, что гораздо важнее нести на своих плечах груз ответственности за право называться мыслящим человеком. Не поддаваться влиянию всех, кто хочет навязать вам свою истину и заставить думать так, как выгодно кому-либо кроме вас самих. Мои слова тоже не стоит воспринимать как чистую правду – возможно, вы будете не согласны со мной, и я отнесусь к любой позиции с уважением и пониманием, если вы взрастили её сами. Мне хочется верить, что человечество успеет одуматься, успеет осознать, в какие дебри оно попало по собственной воле, и вспомнит, с чего начиналась по-настоящему живая журналистика. Надежду несу не только я один – ещё остались неравнодушные люди, которые своим примером показывают, что не всё потеряно. И вам я напоследок могу посоветовать тщательнее искать эти маленькие, едва заметные проблески света – интересных и оригинальных людей, блогеров, критиков, кто в своих работах искренне выражает себя и своё отношение к действительности. Возможно, благодаря их труду мы вскоре увидим новый рассвет журналистики, во всей её глубине и многообразии.